22:04 

Мифическая личность
Доброе Мировое Зло (Миф)
Пишет TrashTank:
И еще про Варшаву


05.03.2012 в 18:35
Пишет N.K.V.D.:

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА арестованного бывшего генерал-лейтенанта германской армии ШТАГЕЛЬ Рейнера от 25 августа 1945 года

27 июля 1944 г. я, после окончания работы по выводу наших частей из Вильно, по приказанию ставки, снова выехал на доклад к Гитлеру в его резиденцию в районе Растенбурга. На этот раз я встретился с Гитлером не в летнем бараке, как в первый раз (барак был разрушен во время покушения на Гитлера), а в небольшом железобетонном помещении, напоминавшем по виду вагон. Кроме меня на приеме присутствовали начальник Генерального штаба Гудериан и упомянутый выше полковник Белов. Гитлер поздравил меня с успешным освобождением германских частей, окруженных в Вильно, и объявил, что он меня награждает «мечами» к Рыцарскому кресту с «дубовыми листьями».

Далее Гитлер объявил мне, что он намерен послать меня в Варшаву на должность военного коменданта. В мою задачу входило навести порядок среди многочисленных частей Варшавского гарнизона и мобилизовать все силы на спешное строительство укреплений в районе Варшавы, в связи с быстрым продвижением частей Красной армии.

Гитлер сказал, что гауляйтер Кох, которому он поручил строительство укреплений, жаловался, что не в состоянии уложиться в сроки, так как ему не хватает рабочей силы. В мою задачу входило изыскать нужные силы. При этом Гитлер подчеркнул, что он намерен, вопреки мнению военных специалистов, удержать Варшаву в руках германской армии и, что он надеется на мою помощь. Тут же он поручил Гудериану информировать меня более подробно о положении в районе Варшавы.

Вопрос: О политическом положении в Польше Гитлер вас информировал?

Ответ: Нет. Ни единым словом.

Вопрос: О чем вас информировал Гудериан?

Ответ: Гудериан меня более детально ознакомил с военным положением, в частности, что наступление Красной армии удалось приостановить и, что у меня будет в распоряжении некоторое время для строительства военных сооружений и мобилизации всех боеспособных частей. Одновременно он мне сказал, что поляки настроены неспокойно и предложил мне для получения информации по этому вопросу по прибытию в Польшу связаться с генерал-губернатором Варшавы Фишером.

Вопрос: Какую информацию вы получили по прибытии в Варшаву?

Ответ: В Варшаву я прибыл 28 июля 1944 г. На следующий день я встретился с генералом Рор, который временно исполнял обязанности коменданта города. Он сообщил мне, что в городе находится много мелких этапных формирований, и надлежит навести среди них должную дисциплину. Далее он меня поставил в известность о том, что, в настоящее время происходит эвакуация промышленности из Варшавы в тыл и, что этим мне также придется заниматься. В заключение он мне сообщил, что есть данные о подготовке поляков к восстанию и, что по этому вопросу необходимо ориентироваться на губернатора Варшавы, который располагает полицейскими силами.

29 июля я связался с начальником СД и полиции в гор. Варшаве штандартенфюрером Гайбель7. Последний поставил меня в известность о том, что поляки имеют целый ряд сильных подпольных организаций, которые в настоящее время, главным образом «Армия Крайова», нацелены на восстание. Гайбель сказал, что агентурными материалами, которыми он располагает, подтверждается намерение АК выступить в ближайшее время. Полицейские мероприятия, проведенные его органами, пока что дали возможность изъять несколько складов с взрывчатыми веществами, а также подпольную типографию и оружие. Гайбель заявил также, что он подготовлен на случай восстания и постоянно информирует о новых данных по этому вопросу губернатора Варшавы Фишера и начальника СД польского генерал-губернаторства СС-обергруппенфюрера Коппе. Я сказал Гайбелю, что согласно полномочиям, которые имею от верховного командования, отныне вся информация должна поступать также и ко мне. В случае же объявления осадного положения Гайбель со своей полицией поступает в мое распоряжение.

В тот же вечер я имел беседу с командующим 9-й германской армией генералом от инфантерии Форман, который обрисовал мне создавшееся военное положение и спросил, считаю ли я нужным объявить осадное положение в городе. Я ответил, что считаю эту меру преждевременной, так как о восстании еще нет точных данных, и объявление осадного положения может лишь ободрить поляков, так как они из этого мероприятия поймут, что положение на фронте неважное.

На следующий день я встретился с губернатором Варшавы Фишером, который обрисовал мне трудности, связанные с мобилизацией населения на строительство оборонительных сооружений, в связи с чем я сделал ряд предложений на основании того опыта, который имел еще по моей деятельности в Риме. Основным вопросом наших переговоров было готовящееся восстание. Фишер мне ничего нового не сообщил и полагал, что восстание со стороны поляков не будет иметь смысла, так как в городе достаточно немецких воинских частей, которые могут подавить любое выступление со стороны польского населения.

Кроме того, от начальника отдела «1-Ц»8 Варшавской комендатуры капитана Розенберг мне стало известно, что германское командование, в порядке предотвращения развития повстанческого движения в Польше, уже длительное время занимается планомерным уничтожением польской интеллигенции, которая, по мнению немецких властей, являлась источником всякого рода антинемецких выступлений.

Вопрос: Вы информировали ставку Гитлера о положении в Варшаве?

Ответ: Нет, не информировал.

Вопрос: Почему?

Ответ: Как я уже показал, германские власти не считали возможным реальное вооруженное выступление поляков в ближайшее время. Кроме того, в мою задачу не входила непосредственная информация ставки, так как я подчинялся генералу Форман, и все сообщения должны были идти через него.

Вопрос: Какими данными вы располагали о сроках начала восстания?

Ответ: 31 июля через агентов были получены сведения, что через 40 часов в Варшаве начнется восстание, 1 августа, примерно в 15 часов 30 минут мы получили сведения, что восстание начнется в тот же день.

Вопрос: Какие мероприятия были вами проведены в тот момент, когда вы получили точные данные о начале восстания?

Ответ: Накануне, 31 июля, я вызвал к себе всех комендантов районов Варшавы, которые уже имели на руках подобные планы действия в случае восстания, и предупредил их о максимальной бдительности, так как каждый момент нужно считаться с тем, что восстание начнется. 1 августа я информировал губернатора, командующего 9-й армией и районных комендантов о том, что сегодня ожидается выступление поляков. В тот же вечер объявил в городе осадное положение.

Вопрос: Какими мерами вы подавляли восстание в Варшаве?

Ответ: В Варшаве развернулись ожесточенные уличные бои. До 10 августа я был отрезан от подчиненных мне частей и, лишь когда помощь пришла извне, я сумел активно руководить подавлением восстания. В первые дни повстанцы понесли значительные потери, не менее 2,5 тыс[яч] человек. Позднее эти потери значительно возросли. По далеко не полным данным потери поляков к 25 августа возросли до 10 тысяч человек.

Вопрос: Вы показали, что в случае объявления в Варшаве осадного положения вся полиция поступала в ваше распоряжение. Следовательно, вы несете полную ответственность за зверства, учиненные германскими полицейскими частями в Варшаве?

Ответ: Да, я несу ответственность за действия германской полиции в Варшаве в период восстания, но я не мог проследить за деятельностью полицейских частей, так как был долгое время от них отрезан повстанцами.

Вопрос: Вы сознательно пытаетесь увильнуть от ответственности за совершенные вами злодеяния. Известно, что десятки тысяч мирных жителей гор. Варшавы зверски уничтожались немцами. Признаете ли вы это?

Ответ: Я не был в состоянии контролировать действия немецких частей, но считаю, что гибель большого количества гражданских жителей Варшавы является нормальным следствием уличных боев и, поэтому не вижу ничего особенного в том, что в ряде случаев страдало гражданское население.

Вопрос: По показаниям ряда свидетелей немцы давили танками повстанцев и гражданское население, насиловали женщин. Это следствие уличных боев или германской политики?

Ответ: Я затрудняюсь ответить на этот вопрос. Я признаю, что немецкая боевая группа под командованием СС-бригаденфюрера Каминского и полицейский полк Дирлевангера насиловали женщин, расстреливали гражданское население, грабили дома. Что же касается того, что танки давили поляков на улицах Варшавы, то это происходило лишь потому, что поляки загромождали улицы и мешали прохождению немецких танковых частей. Было бы смешно отрицать тот факт, что в результате уличных боев уничтожались дома, горели целые кварталы, и что при этом гибло гражданское население.

Вопрос: Неправду говорите. Варшава была разрушена согласно специальным указаниям германского правительства.

Ответ: Да, я признаю это. Действительно имелись прямые указания Гитлера разрушить до основания Варшаву. 18 августа мне стало известно от командующего частями СС – обергруппенфюрера фон дем Баха, который с 12 августа принял на себя руководство подавлением восстания в Варшаве, что Гитлером дано указание разрушить дотла взбунтовавшуюся польскую столицу.

Вопрос: Вы принимали какие-либо меры для предотвращения зверств, которые творили германские солдаты по отношению к мирному гражданскому населению Варшавы?

Ответ: Я не мог удержать германских солдат от репрессий по отношению к польскому населению. Когда стало известно, что германские солдаты грабят дома мирных жителей, я отдал приказ, согласно которому солдатам разрешалось брать себе все, что они захотят из тех домов, в которых начался пожар.

Вопрос: Таким образом, грабеж гражданского населения Варшавы немецкими солдатами был узаконен лично вами?

Ответ: Вынужден признать, что мною было разрешено грабить гражданское население Варшавы, так как я считал, что немецких солдат все равно от этого не удержать.

Вопрос: Очевидно, что в результате зверств, которые творили руководимые вами германские войска, число жертв в Варшаве исчислялось не в 10 тыс[яч], как вы показали, а сотнями тысяч?

Ответ: Я уехал из Варшавы 25 августа 1944 г. и не в состоянии привести точные данные о потерях среди жителей Варшавы. Хочу, однако, заявить, что ответственность за страдания, причиненные населению Варшавы, лежат не только на нас, немцах, но и на руководителях АК, которые для достижения своих эгоистических целей бросили население Варшавы в заранее обреченную на провал борьбу.

После моего отъезда из Варшавы руководство по окончательному подавлению восстания было возложено целиком и полностью на СС-обергруппенфюрера фон дем Бах, а на мое место в качестве военного коменданта Варшавы был назначен генерал Шиндлер, однако, я его не успел увидеть, так как мне необходимо было срочно вылететь.

Вопрос: В связи с чем вам пришлось уехать из Варшавы?

Ответ: 25 августа 1944 г., согласно приказу верховного командования вооруженными силами Германии я срочно выехал в Румынию в целях оказания помощи германским войскам, находившимся в окружении в районе Отупени. В мою задачу входило вывести войска из окружения и действовать затем, согласно указаниям командования южной армейской группировки немцев.

Вопрос: Вам удалось вывести германские войска из окружения?

Ответ: Мне удалось вывести германские войска из первого окружения. Однако вскоре руководимые мною части натолкнулись на новое, уже более мощное кольцо, состоявшее из советских и румынских войск. Из второго окружения немецким частям выйти не удалось, и 2 сентября 1944 года я был арестован румынскими военными властями.

Вопрос: В своих анкетных данных вы указали, что не являетесь национал-социалистом, однако, вся ваша деятельность в рядах германской армии заключалась в поддержке разбойничьего германского фашизма. Признаете вы это?

Ответ: Да, я признаю, что на протяжении ряда лет верно служил Гитлеру, за что был им награжден высшими германскими орденами.

Протокол допроса записан с моих слов верно, мне переведен на немецкий язык
Штагель

Допросили:
Нач[альник] 2-го отдела Главного управления «Смерш» полковник Карпатов

Оперуполном[оченный] 2-го отдела 2-го Гл[авного] управления МГБ СССР капитан Копелянский

URL комментария

06.03.2012 в 09:12
Пишет sanitareugen:

Ну, у меня вообще есть подозрение, что среди руководства восстания был "крот", и немцы выбрали момент оптимально. Раньше - могли бы без больших потерь перебить тыловые части немцев и отойти в леса, провозгласив чего-нибудь попафоснее. Позже - дождались бы, пока на другом берегу Вислы советские войска не только появятся, но и восстановятся численно, захватили бы плацдарм и немцам пришлось иметь бы дело со свежей и непотрёпанной танковой армией. Не поискать ли среди штабных? Скорее среди всяких там адъютантов.
Ну и, если быть точным - войска 1-го Белорусского фронта (части Войска Польского при поддержке советских авиации и артиллерии) через Вислу таки переправились. А вот поддержки от АК не получили. И были отброшены.

Понимая, что восстание не удалось, эмигрантское правительство пыталось свалить ответственность за его начало не только на Москву, но и на Лондон. Так, в начале августа поляки пожаловались американцам, что англичане, пообещав якобы оказывать восстанию помощь, что, как говорилось ранее, не соответствовало действительности, теперь отказываются это делать. Попытка Миколайчика побудить к помощи США также не возымела успеха: американцы сослались на то, что АК в оперативном отношении подчиняется Лондону.

Таким образом, к началу сентября 1944 года стало ясно, что реально спасти восставших от планомерного и систематического истребления может только наступление Красной армии. 22 августа 1944 года в послании Черчиллю и Рузвельту Сталин подчеркнул, что «советские войска… делают всё возможное, чтобы… перейти на новое широкое наступление под Варшавой. Не может быть сомнения, что Красная Армия не пожалеет усилий, чтобы разбить немцев под Варшавой и освободить Варшаву для поляков. Это будет лучшая и действенная помощь полякам-антинацистам»

5 сентября 1944 года в своём секретном анализе ситуации Коморовский писал: «Думаю, что нам не надо предаваться иллюзиям, что советское наступление через несколько дней завоюет Вар-шаву. У немцев достаточно сил, чтобы остановить советское продвижение. Русские силы оторваны от своих баз снабжения и им не хватает средств связи. У немцев, напротив, всё это есть… Висла защищает немцев от русского вторжения». Характерно, что, прекрасно осознавая истинные мотивы советской позиции, штаб АК через свою печать продолжал уверять варшавян в «предательстве Москвы».

Весь конец августа 1944 года войска 1-го и 2-го Белорусских фронтов пытались активными наступательными действиями отбросить мощную группировку немцев, нависавшую над Варшавой с северо-востока, чтобы создать условия для освобождения столицы Польши.

10 сентября 1944 года 47-я армия и 1-я армия Войска Польского перешли в наступление на Варшаву. Им противостояла 100-тысячная группировка немцев, средняя плотность которой составляла: одна дивизия на 5—6 км фронта. Москва 14 сентября 1944 года салютовала войскам, взявшим эту часть города, официально объявленную немцами крепостью, залпами из 224 орудий. Именно 14—15 сентября 1944 года являлось с военной точки зрения самым подходящим моментом для начала восстания в Варшаве, которое, в случае захвата мостов через Вислу, могло бы привести к быстрому и с наименьшими потерями освобождению города.

Выход советских войск на Вислу заставил Коморовского прервать переговоры с немцами и укрепил боевой дух восставших. С 13 сентября 1944 года советские самолёты (действовавшие на предельно малых высотах, в отличие от английских) начали сбрасывать повстанцам оружие и продовольствие. Всего с 14 сентября по 1 октября 1944 года повстанцы получили 156 миномётов, 505 противотанковых ружей, 2667 автоматов и винтовок, 41 780 гранат, 3 млн патронов, 113 т продовольствия и 500 кг медикаментов

16 сентября 1944 года 1-я армия Войска Польского начала переправу на западный берег Вислы, пытаясь соединиться с повстанцами, удерживавшими недалеко от берега южное и северное предместья Варшавы — Чернякув и Жолибож. С 16 по 20 сентября в Варшаву переправились 6 усиленных пехотных батальонов, однако танки и орудия перевезти не удалось. К 23 сентября гитлеровцы вытеснили десант на восточный берег. Польские части понесли тяжёлые потери: 3764 убитых и раненых. В этих условиях командование АК могло бы ударом из центра города помочь десанту, но оно не только не сделало этого, а, наоборот, приказало своим частям не переправляться вместе с десантниками обратно за Вислу, а пробиваться в центр столицы.

27 сентября немцы перешли в решающее наступление на повстанческие районы. Коморовский отверг мысль пробиваться через Вислу, и 2 октября 1944 года подписал с командующим германскими войсками в Варшаве генералом СС фон дем Бах-Зелевски соглашение о капитуляции. В плен попало 17 тыс. повстанцев, в том числе 922 офицера АК. Отряды Армии Людовой ушли из города и частично пробились через Вислу. В результате восстания погибло до 200 тыс. поляков, в том числе 16 тыс. повстанцев. Всё гражданское население Варшавы немцы вывезли из города, 87 тыс. человек попали на принудительные работы в Германию. За время восстания гитлеровцы уничтожили 25 проц. довоенной застройки города. Вплоть до освобождения Варшавы 17 января 1945 года части СС по указанию Гиммлера планомерно взрывали культурные памятники (особенно архивы и библиотеки) польской столицы.

Отметим, что главные силы немецких войск во время восстания находились на фронте, где немцы понесли 75 проц. всех потерь. Войска 1-го Белорусского фронта потеряли на подступах к Варшаве в августе — первой половине сентября 1944 года 166 808 солдат и офицеров.


gemathorax.livejournal.com/4755.html

И подборка документов

URL комментария
URL записи

@темы: История, Военная история

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Виртуальное логово Мифического Чудовища!

главная